Prove They Are Alive!
TurkmenWiki
Свободу Алексею Навальному!
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
09.08.2022  
Власть

28.06.2022
Аркадаглы Сердара шохрат!

Татьяна Зверинцева

За первые 100 дней президентства Бердымухамедов‑младший прослыл грозой женщин и собственной родни

Сердар продемонстрировал большую любовь к командировкам.

26 июня исполнилось 100 дней со дня инаугурации Сердара Бердымухамедова — третьего по счету президента Туркменистана. Еще до мартовских выборов предполагалось, что новый глава государства, по сути, «унаследовавший» должность от отца, все-таки может внести в жизнь крайне авторитарной и закрытой страны некоторые позитивные перемены. Ведь он учился и работал за границей, да и просто принадлежит к новому поколению. Однако эти надежды не оправдались — Бердымухамедов-младший продолжил курс своих предшественников в сторону «закручивания гаек». Татьяна Зверинцева  специально для «Медиазоны» проанализировала деятельность нового президента Туркменистана, начиная с запрета накладных ресниц и заканчивая встречей с Владимиром Путиным.

Дурная слава

В первые месяцы правления 40-летний Сердар Бердымухамедов прославился в иностранных СМИ как женоненавистник. Независимым туркменским медиа, базирующимся за рубежом, стало известно, что в Туркменистане начали оказывать давление на салоны красоты: практически все их услуги были объявлены нелегальными. Под запрет попали наращенные ногти и ресницы, разглаживание морщин ботоксом, увеличение губ. Фактически салоны теперь имеют право заниматься только стрижками. За любые другие уходовые процедуры мастеров и клиенток начали штрафовать на несколько сотен манатов, а мастерам даже угрожают 15 сутками ареста.

Одновременно начали поступать сообщения об усилении давления на женщин на работе и учебе. От них стали еще жестче, чем раньше, требовать носить исключительно туркменские национальные платья. Тем, кто, несмотря на все препятствия, все же смог увеличить губы или нарастить ногти, настойчиво напоминают о недопустимости таких «противоестественных» процедур. Некоторым крашеным блондинкам пришлось срочно покупать темные парики, чтобы носить их на работе.

Дело не ограничилось внешностью. В апреле гаишники в Ашхабаде начали требовать от женщин-пассажирок пересаживаться на заднее сиденье. Они объясняли, что размещение на переднем сиденье — теперь исключительно мужская привилегия. А к июню у автомобилисток вновь начали возникать проблемы с продлением водительских прав, хотя в начале года этот вид дискриминации вроде бы стал ослабевать.

Усиление давления на женщин стало одной из тех новостей, которые значат для иностранцев больше, чем для граждан Туркменистана. Для граждан ключевое слово здесь — «усиление». Ничего принципиально нового не произошло: внешность женщин и раньше регулярно становилась объектом пристального внимания чиновников, и водительские права им уже много лет непросто получить. При этом туркменистанцы знают, что любая волна «усиления» рано или поздно заканчивается, сменяясь «штилем» — тем уровнем бесправия и произвола, к которому все давно привыкли.

Но из независимых туркменских СМИ тема перекочевала в иностранные издания, не специализирующиеся на Туркменистане, и привлекла внимание читателей. Заголовки о «запрете ботокса» смотрелись очень ярко. Происходящее тут же связали с недавней сменой президента.

Нашлись и источники, подтвердившие, что Сердар Бердымухамедов придерживается довольно строгих патриархальных взглядов на место женщины в обществе. Это похоже на правду: супруга президента явно не пытается играть сколько-нибудь самостоятельную роль и носит такой же скромный национальный костюм, как и сотрудницы бюджетных учреждений.

Большинство граждан Туркменистана все-таки считают своей основной проблемой не сложности с ногтями и ресницами, а трудности с заполнением холодильника.

В стране фактически полностью запрещена конвертация валюты. Черный, рыночный курс доллара в несколько раз превышает официальный. Цены на продукты зависят от рыночного курса, а зарплаты — от официального, что делает товары в частных магазинах фактически недоступными для большей части населения.

Теоретически граждане Туркменистана раз в месяц имеют право на покупку ограниченного числа продуктов в госмагазинах по ценам в разы ниже рыночных (это называется «пайком»). Но «пайковых» продуктов слишком мало, питаться ими весь месяц невозможно. Поэтому цены в частных магазинах имеют большое значение для средней туркменской семьи. По состоянию на лето 2021 года в состав пайка входило пять кг муки, бутылка хлопкового масла, а также куриные окорочка, литр подсолнечного масла, сахар и некоторые дополнительные продукты.

Еще будучи вице-премьером, незадолго до начала предвыборной кампании, Сердар Бердымухамедов решил заняться именно этим наиболее чувствительным для туркменистанцев вопросом. В декабре 2021 года он совершил серию командировок по регионам и проверил цены на базарах. После этого отдельные источники заметили некоторое снижение цен, и это стало важной прелюдией к предвыборной кампании: сын действующего президента пообещал гражданам, что при нем заполнять холодильник станет чуть легче.

В каком-то смысле Сердар попытался выполнить это обещание. В апреле, через месяц после своей инаугурации, он «по состоянию здоровья» уволил министра торговли и внешнеэкономических связей Оразмырата Гурбанназарова. Одновременно в отрасли были начаты масштабные проверки.

Особое внимание силовиков привлекли руководители «обществ потребителей». Так в Туркменистане называются объединения, через которые производятся закупки для государственных магазинов — то есть именно там надо искать людей, из-за которых продукты, предназначенные для продажи по фиксированным ценам, попадают на свободный рынок.

В начале мая проверки, о которых до этого сообщали лишь анонимные источники независимых медиа, вылились в триумфальный репортаж на государственном телевидении. Генпрокурор Батыр Атдаев на заседании Госсовета безопасности доложил президенту о вынесении приговора более чем десяти работникам торговли. Госинформагентсто ТДХ сообщило, что «в магазинах были выявлены преступные деяния, совершенные людьми, желавшими разбогатеть, спрятав от открытой продажи произведенную честным трудом трудолюбивых дайхан белую муку, растительное масло и реализовав их по завышенной цене». Фигуранты дела получили от восьми до двадцати лет лишения свободы.

Выслушав отчет генпрокурора, Сердар отметил: «В отношении тех, кто занимался коррупцией и взяточничеством, на основании закона будут приняты очень строгие и суровые меры, им не будет никакого прощения». Как выяснилось впоследствии, за неделю до этого Минфин выпустил документ под названием «Положение о расширенных мерах, позволяющих государственным должностным лицам предпринимать действия по борьбе с отмыванием денег, финансированием терроризма и по уничтожению оружия массового поражения». Немалая часть положения посвящена борьбе с взяточничеством и кумовством.

Бунт против семьи?

В частности, в положении говорится о необходимости особого контроля родственных связей должностных лиц. Перечисляются и те, кто должен считаться родственниками: «люди, находящиеся в родстве друг с другом и происходящие друг от друга или от общего предка. Прадедушка и прабабушка, дедушка и бабушка, отец и мать, сын и дочь, внуки, правнуки, братья, дяди, тети, племянники и другие».

Это довольно смелое начинание для человека, которого на протяжении многих лет называли «наследным принцем», и который в конечном счете действительно сменил на высшем государственном посту своего отца Гурбангулы Бердымухамедова. За годы правления последнего огромное влияние в Туркменистане обрели его сестры с мужьями, а также племянники. Например, многомилионный контракт на импорт пресловутых продуктов для госмагазинов как минимум один раз достался племяннику главы государства Хаджимурату Реджепову. Он же монополизировал экспорт карбамида, а его младший брат Шамурат Реджепов зарабатывал на вывозе нефтепродуктов.

Однако еще до избрания президентом, одновременно с командировками по рынкам, Сердар Бердымухамедов распорядился закрыть в Ашхабаде элитные магазины, принадлежавшие его кузенам. До этого только они во всей столице имели право торговать по ночам. Тогда же был арестован директор ТЦ «Гулистан» (Русского базара) Максат Байрамов — близкий друг Шамурата Реджепова. Правда, через пару месяцев его отпустили на свободу, но все-таки намек Сердара в адрес двоюродных братьев трудно было не понять.

Дальше — больше. В июне с поста руководительницы туркменского Общества Красного полумесяца была вынуждена уйти тетя президента, Гульнабад Довлетова. Она управляла обществом с 2014 года и за это время превратила отделение международной благотворительной организации в свою личную «кормушку». Довлетова пользовалась таможенными и иными льготами, чтобы вести бизнес. Что же касается благотворительной деятельности Красного полумесяца, то она фактически прекратилась — в том числе из-за специфических взглядов руководительницы. В частности, Довлетова утверждала, что помогать жильцам домов престарелых не надо — якобы там заканчивают свою жизнь исключительно «бывшие проститутки».

Несмотря на то, что тетя и племянник явно имеют схожие патриархальные взгляды, согласия между ними не получилось. Довлетовой пришлось оставить выгодный пост — как утверждается, по требованию Сердара. А вскоре после этого был арестован глава городского жилищного управления Ашхабада по имени Атаджан. По информации источников, он собирал взятки при распределении жилья, пользуясь покровительством Довлетовой.

Жизнь в самолете

Что касается официальной деятельности нового главы государства, то Сердар продемонстрировал большую любовь к командировкам. Благо летать он может с комфортом: в начале текущего года отец и сын Бердымухамедовы «приватизировали» для личного пользования два новых «Боинга» авиакомпании «Туркменистан».

Новый президент с первых недель своего правления активно ездит по регионам страны, и всюду его встречают так же, как некогда отца: субботниками, перекрытием дорог, приветственными концертными выступлениями. А первый зарубежный визит Бердымухамедова-младшего состоялся 1-2 июня: он посетил Мекку и Медину. Глава государства совершил умру. Вскоре после этого было объявлено, что эта поездка «не считается», поскольку это было религиозное паломничество, а не официальный визит в качестве президента.

Первым официальным визитом государственные СМИ назвали командировку в Россию, состоявшуюся 10 июня. Газета «Коммерсант» отметила, что для встречи президента Владимира Путина с новым главой Туркменистана была «расконсервирована» Малахитовая гостиная Кремля, которую не использовали в период эпидемии COVID-19.

На встречу пригласили множество журналистов. Некоторые из них предполагали, что это неспроста, и ожидали каких-то важных заявлений. «Если считать судьбоносной Декларацию об углублении стратегического партнерства между Россией и Туркменистаном, то пришли не зря», — иронизировал автор «Коммерсанта» Андрей Колесников. Также, по информации издания, существенное внимание было уделено передаче приветствий от Гурбангулы Бердымухамедова Путину и обратно.

«Сердар Бердымухамедов говорил по писаному, а когда поднимал глаза, то слишком вроде бы высоко, так что смотрел, казалось, куда-то гораздо выше фото- и видеокамер», — описывал Колесников поведение гостя.

Меньше чем через неделю после России, 15 июня, Сердар Бердымухамедов посетил Иран. С главой этого государства Ибрагимом Раиси была достигнута договоренность подписать в будущем соглашение о сотрудничестве на 20 лет, а пока дело ограничилось девятью менее масштабными документами. В реальности это все же был не простой протокольный визит, а знаковое событие, если учесть, что после конфликта из-за поставок газа в 2016 году отношения двух стран существенно охладели.

Ну и наконец, по данным Turkmen.news, 21 июня Бердымухамедов-младший отбыл в Германию по медицинским нуждам. В течение двух дней он проходил то ли лечение, то ли обследование в одной из мюнхенских клиник. Тем временем в ежевечерней телепередаче «Ватан», главным героем которой обычно становится президент, ведущие сиротливо зачитывали различные поздравления от его имени.

На самом деле нет ничего сенсационного в том, что 41-летний мужчина уделил два дня общению с врачами. Но эта новость все равно вызвала активное обсуждение. Ведь еще недавно каждое медицинское обследование Гурбангулы Бердымухамедова, о котором удавалось узнать журналистам, становилось поводом для прогнозов его скорой смерти и «воцарения» Сердара. Но Гурбангулы всех переиграл.

Аркадаг все еще на коне

Бывший президент, а ныне глава Халк Маслахаты никуда не делся из общественно-политической жизни. С одной стороны, он не смущается занимать подчеркнуто «второстепенное» место. Государственные СМИ с легкостью сообщают, что Бердымухамедов-старший что-то сделал «по поручению президента». Правительственная газета «Нейтральный Туркменистан» помещает на первую полосу исключительно фотографии Сердара: времена, когда эту стратегическую позицию ежедневно занимал его отец, ушли безвозвратно.

С другой стороны, экс-президенту в госпропаганде уделяется больше внимания, чем какому бы то ни было высокопоставленному чиновнику. Подробные репортажи о том, куда он ездил, чем занимался, что говорил, — по-прежнему занимают существенную долю печатных площадей и телевизионного хронометража. А новую книгу экс-президента под претенциозным названием «Смысл моей жизни» муллы зачитали в мечетях во время празднования Ораза байрамы — то есть поставили ее вровень с Кораном.

А главное — бывшего главу государства по-прежнему называют «Аркадаг». В отличие от Казахстана, где роль Елбасы как национального лидера попытались закрепить законодательно, в Туркменистане никакие элементы культа личности не стали прописывать в Конституции и иных нормативных актах. Но это не мешает тому же «Нейтральному Туркменистану» рассыпаться в восхвалениях «Героя-Аркадага».

В репортажах туркменского телевидения можно услышать, как самого президента приветствуют речевкой: «Аркадаглы Сердара шохрат», что можно перевести примерно как «слава Сердару, у которого есть Аркадаг». А порой титул «Аркадаглы Сердар» проскальзывает и в сообщениях госинформагентства.

Наблюдатели давно гадали, какой титул будет изобретен для нового президента. Первого главу государства Сапармурата Ниязова называли Туркменбаши, второго — Аркадагом, а как насчет Сердара? Изобретет он для себя какое-то особое наименование, или же будет достаточно того факта, что его имя переводится с туркменского как «вождь»? Сердару действительно суждено оставаться «вождем», но обязательно с «покровителем».

Сердар демонстрирует некоторые позитивные подвижки, такие как борьба с чрезмерным влиянием собственных родственников и преследование расхитителей «пайковых» продуктов. Однако периодические «чистки» в рядах коррупционеров регулярно устраивал и Бердымухамедов-старший. Перемещение с высокого государственного поста на тюремные нары — для Туркменистана скорее норма, нежели исключение. Однако на протяжении трех десятилетий желающие занимать высокие посты (и «зарабатывать» на этом) все никак не переводятся.

Время играет против тех, кто надеется на демократические перемены. К тому моменту, когда Сердар наберет достаточно сил, чтобы отодвинуть от дел своего отца и «покровителя», — он уже будет авторитарным правителем с многолетним стажем.

Похоже, это уже поняли правозащитники из Туркменской инициативы по правам человека и Международного партнерства по правам человека. 22 июня они опубликовали заявление, в котором констатировали, что за три месяца Сердар не принял никаких мер по улучшению ситуации с правами человека. Правозащитники призвали международное сообщество как-то повлиять на президента, потребовать от него освободить политзаключенных и прекратить преследования инакомыслящих. Но таких заявлений за 30 лет независимости Туркменистана было сделано великое множество, и ни одно их них ни на что не повлияло.

«Медиазона» (внесена в реестр СМИ-иностранных агентов)

Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью