Prove They Are Alive!
TurkmenWiki
Свободу Алексею Навальному!
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
04.10.2022  
СМИ и свобода слова

14.09.2022
Центральная Азия: Несвобода слова

CABAR

Власти государств региона стараются укреплять контроль над СМИ и вводить новые инструменты для закручивания гаек.

Страны Центральной Азии никогда не занимали высокие позиции в мировых рейтингах по индексу свободы слова. Власти государств региона стараются укреплять контроль над СМИ и вводить новые инструменты для закручивания гаек.

В рейтинге свободы прессы международной организации «Репортеры без границ» практически весь регион находится в нижней половине списка. Туркменистан по уровню свободы медиа обгоняет лишь Иран, Эритрею и Северную Корею.

Ситуация в Казахстане, по данным «Репортеров без границ», в 2022 году немного улучшилась, но власти продолжили модернизировать репрессивные методы, в том числе за счет усиления контроля интернета. В этом году страна заняла 122 место в рейтинге, и это наилучший результат за последние пять лет.

При этом отмечено, что власти используют все доступные средства — задержания, нападения, отключения телекоммуникаций, блокировки интернета, — чтобы не допустить освещения таких крупных событий, как протесты в январе 2022 года.

Эксперты также указывают на то, что доступ к информации ограничен, вопросы журналистов на брифингах подвергаются цензуре, а правительство платит частным СМИ за распространение пропаганды режима.

Организация Freedom House выделила сильную ограниченность независимых СМИ в Казахстане. Аналитики указывают на то, большая часть медиа-сектора контролируется государством или дружественными правительству владельцами, несмотря на то, что Конституция предусматривает свободу прессы. В рейтинге «Freedom in the World 2022» организации Freedom House Казахстан набрал 23 балла из ста.

Кыргызстан назван страной-исключением в Центральной Азии, поскольку «пользуется относительной свободой слова и печати, несмотря на нестабильную экономику и безудержную коррупцию в госорганах». За последние пять лет уровень свободы слова в стране, согласно рейтингу организации «Репортеры без границ», показывает стабильный рост.

Тем не менее, организация отмечает, что власти по-прежнему контролируют все государственные СМИ и пытаются распространить свое влияние на частные издания. Эксперты также указывают на то, что политические лидеры используют некоторые средства массовой информации для продвижения личных интересов, а официальные учреждения ограничивают доступ журналистов к информации.

Независимые издания за критику власти регулярно осуждаются и иногда становятся объектами кибератак после публикации статей о коррупции. В свою очередь журналисты-расследователи являются объектами насилия, так же, как и репортеры на митингах.

Не остался без внимания и скандальный закон «О защите от недостоверной и ложной информации», предоставляющий право блокировать информацию, которые власти считают «ложной». Организация отмечает, что этот закон нарушает международные договоры и ограничивает свободу прессы.

В рейтинге «Freedom in the World 2022» Кыргызстан набрал 28 баллов из ста возможных.

Таджикистан в 2022 году, согласно рейтингу организации «Репортеры без границ», улучшил свои позиции по сравнению с 2021-м, и поднялся на 10 ступенек вперед. Тем не менее, организация отмечает, что правительство внимательно следит за содержанием, которое распространяется по радио, телевидению и в интернете.

В рейтинге «Freedom in the World 2022» Таджикистан набрал 8 баллов из 100 возможных. Эксперты указали на то, что государство закрывает независимые СМИ, а журналисты независимых изданий сталкиваются с преследованиями и запугиваниями.

Кроме того, власти регулярно блокируют важные веб-сайты, новостные порталы и платформы социальных сетей, а также используют периодические массовые отключения интернета и служб обмена сообщениями для подавления критики. За последние пять лет в рейтинге организации по уровню свободы слова Таджикистан не поднимался выше 149 места.

В докладе за 2022 год «Репортеры без границ» отмечают, что правительство Туркменистана сохраняет жесткий контроль над газетами, радио, телевидением и интернетом. После того, как в марте этого года страну возглавил Сердар Бердымухамедов — сын предыдущего лидера — слежка за журналистами лишь усилилась.

Эксперты указывают на то, что критика главы государства и других должностных лиц в Туркменистане запрещена. Журналистов, которые смели нарушать эти правила, преследовали, сажали в тюрьмы, пытали и даже убивали.

В свою очередь неправительственная организация Freedom House в своем рейтинге «Freedom in the World 2022» отнесла Туркменистан к категории несвободных стран. Аналитики также отмечают, что свобода печати строго ограничена, а государственный интернет-провайдер блокирует веб-сайты, на которых публикуются независимые новости или оппозиционный контент.

Позиции Узбекистана в рейтинге свободы слова в 2022 году улучшились на 24 пункта. В этом году страна заняла 133 строчку. При этом организация «Репортеры без границ» отмечает, что критика государственной власти остается сложной. Частные СМИ воздерживаются от критики, опасаясь закрытия. Что касается письменной печати, то и она подконтрольна властям.

Только около 15 изданий, по данным организации, публикуют качественный контент. При этом некоторые из них базируются за границей, как, например, информационное агентство «Фергана», которое расположено в Москве. За последние пять лет уровень свободы слова в Узбекистане демонстрировал как взлеты, так и падения.

В свою очередь Freedom House также указывает на то, что свобода слова и печати в Узбекистане остается строго ограниченной. Государство контролирует основные СМИ и связанные с ними объекты, а независимые издания были закрыты или заблокированы во время президентства Ислама Каримова. В рейтинге «Freedom in the World 2022» Узбекистан набрал 11 баллов.

------------------------------------------

Туркменистан: Машина пропаганды

Автор текста — бывший журналист одного из изданий Туркменистана

Когда заявляют, что в Туркменистане «нет журналистики», конечно, это далеко от истины. Три вуза страны имеют профильные факультеты*, на которых ведется подготовка журналистов, международные организации постоянно проводят различные тренинги и семинары по журналистским навыкам, в стране существует довольно много печатных СМИ и более десятка радио и ТВ каналов и несколько веб-сайтов.

Другое дело, что вся туркменская журналистика является рафинировано сервильной и занята исключительно обслуживанием власти, проведением ее идеологии и совсем далека от главной задачи и миссии журналистики — представления и защиты интересов общества.

По сути, туркменская журналистика является хорошо эшелонированной частью государственной пропаганды, властями ей отведена именно эта роль. Но и с ней чиновники от журналистики справляются довольно плохо, о чем свидетельствуют неоднократные выражения недовольства первых лиц государства, постоянная критика в адрес СМИ, частая смена руководящих сотрудников, упреки в том, что «при полной поддержке государства, СМИ не справляются с задачей по качественному освещению успехов, достижений…», и так далее.

Конечно, неотъемлемым атрибутом функционирования всех редакций СМИ является тотальная цензура, которая фактически была закреплена в программной речи первого президента Ниязова еще в 1992 году, когда он провозглашал национальную программу «10 лет благополучия»: «… на этот период (10 лет благополучия) мы ведем ограничения на работу СМИ». Однако никакая цензура по прошествии этого срока не была отменена, хотя запрет на нее какое-то время присутствовал в законодательстве.

Более того, по мере роста давления на общество репрессивного аппарата, журналисты сами для себя ввели жесткую самоцензуру, ее несоблюдение грозило не только потерей работы, но и реальными репрессиями. Так как все СМИ в стране принадлежали государству, одно время учредителем большинства центральных газет являлся Сапармурад Ниязов, потеря работы для журналиста означала запрет на профессию.

Безусловно, сильнейшая идеологизированность всех СМИ диктует своеобразную этику в работе журналистских коллективов и отдельных журналистов.

Никакие выпады ни в чей личный адрес не допускаются, никаких компрометирующих материалов, никаких журналистских расследований в арсенале СМИ не существует.

Но СМИ с готовностью тиражируют информацию о довольно редких коррупционных делах, причем на стадии вынесения судебных решений. Но только тогда, когда это санкционировано высшим руководством, а содержание материалов подготовлено силовыми органами.

Учитывая огромный спрос на доступ к высшему образованию и строгое государственное квотирование на поступление в каждый вуз, конкурс на журналистские факультеты всегда высок. Более того, все понимают, что журналистская работа, будучи связана с идеологическим обслуживанием власти, означает и близость к этой власти, возможность «сделать карьеру», попасть в «элиту», особенно это касается поступления в Институт международных отношений МИД Туркменистана, где готовят журналистов-международников.

Но, к сожалению, все это молодое пополнение журналистского цеха никак не сказывается на качестве журналистики.

Молодежь просто вливается в ряды бойцов идеологического фронта, полностью лояльных власти и не несущих никакой моральной или любой иной ответственности перед обществом или профессиональным долгом.

Категория пишущих для иностранных изданий, по сути, относится скорее к «гражданскому активизму», «гражданскому журнализму», нежели к категории журналистов в полном понимании этого термина. Как правило, это люди, не имеющие журналистского образования и в большинстве своем, не имеют никаких журналистских навыков, кроме стремления донести информацию о каких-либо проблемах в стране и обществе.

Это сказывается и на качестве материалов, публикуемых на эмигрантских сайтах, которые являются основными работодателями для этой категории. При всем уважении к мужеству, часто, к отчаянной смелости этих людей, приходится констатировать, что репортерский и стрингерский формат их работы не может охватить большую часть проблем и событий в обществе, не говоря об их трактовке и анализе. С другой стороны, именно этот формат в большей степени, чем какой-либо эксплуатируется эмигрантскими сайтами, часто в ущерб другим форматам, что делает реальную информационную картину неполной.

Конечно, этот «гражданский журнализм» является одним из главных врагов государства. И одной из главных целей для спецслужб. Все эти активисты работают в подполье, за редчайшими исключениями, скрывают свои имена и это абсолютно оправдано.

Многочисленные случаи репрессий в отношении таких активистов в большинстве своем заканчиваются фальсификацией уголовных дел и реальными тюремными сроками.

Так, сразу несколько стрингеров эмигрантского издания Turkmen News были арестованы и осуждены за последние несколько лет. Давлению подвергаются и репортеры, заподозренные в работе на туркменскую службу «Радио Свобода».

Корреспондент Turkmen News Нургельды Халыков был осужден по делу за пересылку чужого фото миссии ВОЗ в неформальной обстановке, которая прибыла в страну для знакомства с ситуацией во время пандемии. Постоянному физическому и психологическому давлению подвергается журналист Солтан Ачилова, единственная, не скрывающая своего настоящего имени, сотрудничавшая с «Радио Азатлык» и другими эмигрантскими сайтами. При невыясненных обстоятельствах погиб корреспондент «Радио Азатлык» Аннамурад Бугаев.

И часто давлению подвергаются даже не сами репортеры и стрингеры, а простые граждане, которые обратились в зарубежные СМИ, — к редакциям сайтов со своими проблемами, по теме защиты своих прав и не побоялись раскрыть свои имена, как врач Хурсанай Исматуллаева, юрист Пигамберды Аллабердыев, Касымберды Гараев, гей, совершивший каминг-аут.

Как правило, уголовным преследованиям с фальсификацией уголовных дел подвергаются и независимые блогеры, точнее — видеоблогеры, размещающие на YouTube свои видео, — Мурад Овезов, Сергей Бабаниязов, Агаджума Байрамов.

Попытки создания полноценных независимых СМИ относятся к 1991-1992 годам.

Независимый журнал «Даянч» сумел выпустить всего два номера до того, как был закрыт, а его издатель Мухаметмурад Саламатов подвергся физическому и психологическому давлению. Газета общественной и бизнес-направленности «Контакт» сумела выпустить «нулевой» номер, после чего была закрыта по решению президента Ниязова. Относительно вольные материалы позволяла себя публиковать еженедельная газета «Туркменская искра», но и она была закрыта к 1995 году, а одна из ее журналистов Наталья Соснина пропала без вести.

В дальнейшем были попытки издавать самодеятельные печатные издания силами общественных организаций и отдельными активистами, которые обходили ограничения закона «О печати» и нормативные акты, регулирующие работу СМИ — за счет небольшого тиража им не нужно было проходить государственную регистрацию, — но и они к концу 90-х прекратили свое существование.

Известно, что часть издателей и авторов этих самодеятельных СМИ подверглись репрессиями и были выдавлены из страны, а законодательство, регулирующее работу СМИ и издательскую деятельность, было ужесточено.

В последние годы правления президента Ниязова любая принадлежность к работе на иностранные СМИ или даже подозрение на это, каралось тюремными сроками, а журналист туркменской службы радио Свобода «Азатлык» Огулсапар Мурадова скончалась от пыток в тюрьме КНБ. Причем сам Ниязов и вся государственная пропаганда, не стесняясь, обвиняли этих людей в работе на «подрывные центры», «клевете на Родину» и в прочих грехах, то есть, эти журналисты были приравнены к «врагам народа».

С приходом к власти президента Бердымухамедова, давление на репортеров и стрингеров несколько снизилось, но ненадолго.

В практику вошли иные методы — психологическое давление, фальсификация уголовных дел, прямые провокации, выдавливание из страны.

Причем эти методы начали применяться тотально, любой выявленный и уличенный стрингер должен был быть обязательно осужден.

Статистики репрессий в отношении журналистов при президенте Сердаре Бердымухамедове пока нет, но его жесткая политика и ограничительные меры в отношении свободы интернета превосходит меры его отца в отношении свободы доступа и распространения информации, поэтому нет никаких оснований считать, что политика в отношении СМИ и журналистов при Сердаре Бердымухамедове изменится в лучшую сторону.

* Институт международных отношений МИД Туркменистана, Государственный университет им. Махтумкули и Международный университет гуманитарных наук и развития.

CABAR

----------------------

Прим. «Гундогара»: Более подробно о состоянии СМИ в других государствах Центральной Азии можно узнать, пройдя по ссылке https://longreads.cabar.asia/lack_of_media_freedom.

Своим мнением делятся Джамиля Маричева, редактор и основательница медиапроекта Protenge.kz, Анна Капушенко, главный редактор интернет-издания Kloop.kg, Пайрав Чоршанбиев, корреспондент информационного агентства «Азия-Плюс», Дарина Солод, соосновательница и продюсер издания Hook.report.

Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью