Prove They Are Alive!
TurkmenWiki
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
19.09.2020  
Аналитика

02.09.2020
Эвакуации, дефицит еды и махинации с Конституцией

Ахал-Теке

Режим годами обходился одной палатой, причем исключительно в декоративных целях. В пространных сообщениях государственных СМИ о поправках в Конституцию отсутствуют подробности по поводу того, что по какой причине эти поправки понадобились.

Работа над пересмотром Конституции Туркменистана идет полным ходом.

Однако «пересмотр» — это, возможно, слишком громко сказано. Примечательно, что в пространных сообщениях о поправках в государственных СМИ отсутствуют подробности по поводу того, что конкретно происходит или по какой причине эти поправки понадобились. Говорится лишь, что реформы будут служить интересам «демократического развития Туркменистана» и поддержания «баланса между интересами государства, общества и граждан».

Единственным конкретным (и, теоретически, немаловажным) изменением является то, что парламент станет двухпалатным. Режим президента Гурбангулы Бердымухамедова годами обходился одной палатой, причем исключительно в декоративных целях. Но фантазиям о том, что этот парламент обладает какой-либо властью, а Туркменистан следует по пути демократизации, с готовностью потакают служащие Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, которая абсурдным образом сотрудничает с туркменскими законодателями, как будто те имеют какое-то значение. На этой неделе настал черед транснациональной переговорной площадки под названием Межпарламентский союз, работающей в сотрудничестве с ООН и законодательным органом Австрии, бесцельно потратить время на «укрепление межпарламентского сотрудничества».

Но зачем Туркменистану понадобился двухпалатный парламент?

Единственное приемлемое объяснение — возможно, это громоздкий механизм передачи власти, как уже упоминалось в предыдущих выпусках этого бюллетеня. Центральноазиатские авторитарные лидеры, такие как покойный узбекский лидер Ислам Каримов или бывший президент Казахстана Нурсултан Назарбаев, в свое время пытались проводить реформы своих законодательных органов в качестве прелюдии к передаче власти, но все всегда шло как-то не по плану. В Узбекистане во многом это объясняется тем, что Каримов умер на посту президента. В Казахстане создание законодательного органа, способного выступить в качестве координатора политического транзита, остается нереалистичным вариантом, потому что тамошней элите не хватает смелости и воображения, чтобы создать подлинную президентско-парламентскую систему.

Преимущество Туркменистана — он знает, что все это бессмысленное театральное представление, и что цель изменений — сохранить все как есть. Тем не менее даже отлично умеющий жить в мире сказок Бердымухамедов, похоже, все-таки понимает, что эти махинации не обладают никакой реальной легитимностью.

По этой причине в сообщениях государственных СМИ о состоявшемся 19 августа заседании Конституционной комиссии утомительно повторяется и подчеркивается, как люди были активно вовлечены в процесс реформ, какой вклад внесли консультативные органы на всех уровнях, как массам разъясняют характер реформ, и т.д. и т.п. А если этого было недостаточно, то председатель Меджлиса Гульшат Мамедова еще добавила, что в сентябре 2019 года «народ направил тысячи петиций в поддержку инициатив президента [по реформе Конституции]».

После всего этого сотрясания воздуха реформы будут переданы в Халк Маслахаты (Народный совет), якобы представляющий народ орган, состоящий из правительственных чиновников и местных деятелей, который, как ожидается, соберется на съезд 25 сентября. После этого Меджлис приступит к своим функциям карманного парламента.

Переходя к более конкретным вопросам, правительство мобилизует усилия, чтобы попытаться смягчить ситуацию с возможно надвигающимся дефицитом продовольствия. В последние годы Туркменистан постоянно сталкивается с нехваткой основных товаров — факт, который власти признают лишь косвенно, — но из-за пандемии коронавируса в последние несколько месяцев возникали особенно неловкие ситуации.

Азербайджанское информационное агентство «Тренд» сообщило 21 августа со ссылкой на данные Евразийского экономического союза, что в первой половине 2020 года экспорт пальмового и подсолнечного масла из России в Туркменистан взлетел в восемь раз по сравнению с аналогичным периодом 2019-го. Как отметило базирующееся в Вене издание «Хроника Туркменистана», с марта по май в Туркменистане ощущалась острая нехватка растительного масла, и правительство старается, чтобы это не повторилось. Проблему с дефицитом удалось решить только благодаря прибывшей в мае из России крупной партии.

17 августа Бердымухамедов напомнил губернаторам областей, как важно обеспечить хороший урожай картофеля. Картофель и другие овощи должны быть доступны населению круглый год, сказал он, отметив, что добиться этого можно благодаря строительству в областях холодильных складов.

Перспектива возникновения нового витка дефицита стала вероятной из-за того, как в феврале Туркменистан закрыл свои границы в качестве меры по борьбе с коронавирусом. Ашхабад лживо утверждает, что благодаря этому дальновидному шагу в стране нет COVID-19, но закрытие границ также привело к повышению цен на импортные товары, такие как лук и картофель. В конце февраля «Хроника» сообщала, что картофель вообще исчез с базаров, по всей видимости, из-за прекращения поставок из Ирана.

Железнодорожное сообщение между Туркменистаном и Ираном частично восстановлено, но, по сообщениям, грузовики через границу начнут пропускать не ранее 1 сентября.

Между тем объективно оценить серьезность ситуации с COVID-19 в Туркменистане невозможно, т.к. правительство утверждает, что в стране не зарегистрировано ни одного случая заболевания, а Всемирная организация здравоохранения частично помогает ему придерживаться этой линии.

Но некоторых инвесторов коронавирус не особо беспокоит.

Базирующийся в Амстердаме новостной сайт Turkmen.news сообщил 18 августа, что посольство Турции и турецкая инфраструктурная компания Calik Holding организовали чартерный рейс, чтобы доставить в Туркменистан дополнительную группу рабочих (правда, обратным рейсом страну тоже покинуло некоторое количество иностранных граждан). В целом страну покидает больше людей, чем прибывает в нее. То же издание написало, что 7 августа из Туркменистана вывезли специалистов, работающих на турецко-туркменском совместном судостроительном предприятии. На вервях Gülhan Shipyard и Dearsan Shipyard должны строить корвет для военно-морского флота Туркменистана. А французская строительная компания Bouygues, воплощающая в жизнь большую часть наиболее экзотических архитектурных безумств туркменских властей, вывезла около 300 иностранцев двумя рейсами — 10 июля и 5 августа соответственно.

Тем временем туркменское правительство помогает гражданам, оказавшимся за пределами страны на момент начала пандемии, вернуться домой. По данным Радио Азатлык, 22-23 августа рейсами из Индии и Беларуси в Туркменистан вернулись сотни человек. Большинство пребывавших в Индии проходили там серьезное лечение. Одна пассажирка, женщина лет пятидесяти, находившаяся в Дели в надежде получить лечение от рака, скончалась во время полета.

Посольство России также не осталось в стороне и зафрахтовало два рейса — 25 и 30 сентября — для эвакуации своих граждан из страны. По сообщению Turkmen.news, переговоры по поводу организации этих рейсов заняли не один месяц.

Ну и, наконец, 29 августа зафрахтованный самолет FlyDubai вывезет из Туркменистана очередную группу иностранных граждан.

Этот шквал эвакуаций вселяет мало надежд на то, что страна в ближайшее время возобновит международное сообщение. Это, в свою очередь, указывает на вероятность того, что отрицаемая властями эпидемия COVID-19 в Туркменистане действительно носит серьезный характер, и в ближайшее время сдержать ее в каких-то приемлемых рамках не удастся.

EurasiaNet

Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью