Prove They Are Alive!
TurkmenWiki
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
19.12.2018  
Медицина и экология

10.07.2009
Великое озеро, или Мертвое море?

Нургозель Байрамова

Отрицательные экологические и экономические последствия в будущем значительно превосходят тот положительный эффект, ради которого осуществлялось первоначальное воздействие, и возникают ситуации, когда «чем больше пустынь мы превращаем в сады, тем больше садов мы превращаем в пустыни».

Если бы покойный Сапармурад Ниязов мог предположить, что заслуга в осуществлении его мечты о строительстве Туркменского моря будет отнесена на счет врача-стоматолога, чудесным образом ставшего президентом, я думаю, от идеи создания в Каракумах «животворящего чуда» он, без сомнения, отказался бы.

Спустя 9 лет со дня начала многомиллиардной «стройки века», имя ее архитектора и идейного вдохновителя «благодарными потомками» даже и упомянуто не было. Хотя по недосмотру (а возможно, и преднамеренно) дух Туркменбаши к соучастию в проекте все же был допущен, что и воплотилось в новом имени новоиспеченного моря — «Алтын асыр» («Золотой век»). А кто у нас был основоположником эпохи Золотого века? Правильно, Ниязов.

Можно, разумеется, поспорить относительно нового названия бывшего Туркменского моря, или Каракумского озера. Масштабы стройки не позволили принизить ее значение столь прозаическими именами. Были даже попытки именовать будущее водохранилище Туркменским Байкалом. Те, кто поскромнее, предлагали оставить историческое название — Карашор, по имени каракумской впадины, которой предстояло стать морем. Но затем, поразмыслив, решили, что лучшего названия, чем «Золотой век», для отстойника загрязненных пестицидами дренажных вод и придумать трудно.

Добрых лет шесть-семь о строительстве «каракумского чуда» ничего не было слышно. Запустив проект и расписав его прелести — о стаях птиц, гнездящихся на его берегах, и промысловых рыбах — в водах, о будущих санаториях и домах отдыха на его берегах, Ниязов занялся другими делами. Надо было добивать оппозицию, сажать за воровство вице-премьеров, избавляться от слишком много знавших министров-силовиков, надо было копить деньги на счетах зарубежных банков — да мало ли, что еще надо было сделать! Ведь так рано умирать Туркменбаши явно не собирался, он только-только достиг пика «возраста вдохновения» и вопреки распространяемым зарубежными СМИ слухам о его возможной кончине «еще до конца 2006 года» (надо же, какая точность!) уходить к праотцам не торопился, хотя и позаботился о сооружении мавзолея в Кипчаке. И правильно сделал: рассчитывать на строительство мавзолея после смерти — по крайней мере, наивно. Вряд ли этим стал бы заниматься его преемник.

«Чем больше пустынь мы превращаем в сады, тем больше садов мы превращаем в пустыни»

Но вернемся в нашему озеру. Нет необходимости останавливаться на материальных затратах, связанных с его строительством. Достаточно назвать цифру — 4,5-5 (а по некоторым данным, даже 6!) млрд долларов, чтобы представить себе сотни экскаваторов и бульдозеров, тысячи грузовиков, десятки тысяч рабочих — и горы, горы каракумского песка, в который так нерационально уходят эти миллиарды.

Кто знает, почему именно такие, сомнительные с точки зрения экологической безопасности и охраны окружающей среды проекты и требуют наибольших материальных затрат? В данном случае, я имею в виду не только каракумское водохранилище, но и строящуюся на Каспии «Авазу», в которую уже вложено 1,5 миллиарда долларов. Разговор об этом «проекте века» — еще впереди, а пока следует заметить: природа находится в состоянии сбалансированности, динамического равновесия. Воздействуя на нее с целью увеличения полезной продукции, например, урожая пшеницы и хлопка либо производства мяса, а также с целью создания благоприятного для жизни и деятельности человека состояния среды: городов, курортных зон, искусственных рек и озер — люди могут нарушить этот хрупкий балланс. Не соблюдая закона оптимальности и правила меры при преобразовании природных систем, люди, сами того не желая, запускают механизм ответных негативных реакций природы, которые могут проявиться через несколько десятилетий самым неожиданным образом. Во многих случаях отрицательные экологические и экономические последствия в будущем значительно превосходят тот положительный эффект, ради которого осуществлялось первоначальное воздействие, и возникают ситуации, когда «чем больше пустынь мы превращаем в сады, тем больше садов мы превращаем в пустыни». При этом зачастую опустынивание по темпам значительно опережает создание «цветущих садов». Примером этого может служить антропогенная катастрофа Аральского моря.

Туркменистан уже имеет печальный опыт сброса дренажных вод в естественный котлован, бывший некогда озером Сарыкамыш, и задумываясь о будущих, весьма неоднозначных последствиях строительства «рукотворного чуда 21 века», стоит вспомнить уроки прошлого.

Чудовища Сарыкамышской котловины

Окончательно пересохшее и превратившееся в солончаковую пустыню в конце 19 века естественное озеро, а вернее оставшиеся в наиболее глубоких его котловинах небольшие соленые водоемы, с 1963 года начали получать сбрасываемые дренажные воды из Амударьинского и Хорезмского оазисов. Воды в количестве 5-7 кубических километров в год стекали по Дарьялыку и Даудану и образовали огромное озеро, площадь которого составляла 3 тыс. квадратных километров, а глубина 20 метров (для сравнения: в Каракумское озеро предполагается сбрасывать ежегодно до 10 кубических километров дренажных вод). Оно стало одним из крупнейших современных сбросовых водоемов Средней Азии. Промывные воды стока, содержащие стойкие хлорорганические ядохимикаты высокой концентрации, оказали тяжелейшее влияние на природу региона. Сегодня даже приблизительно трудно подсчитать, сколько ядохимикатов скопилось за годы интенсивного хлопководства в этой природной чаше!

Не сочтите мой рассказ за проявление маразма, однако, думаю, он будет небезынтересен. Имеются свидетели появления в 70-е годы прошлого века в районе озера Сарыкамыш странных животных — пятнистых, похожих на крокодила, но с длинным змеевидным хвостом. Местные чабаны называли их каркидонами. В отличие от местных обитателей — варанов, питающихся змеями, тушканчиками, птицами, каркидоны охотились на сайгаков, утаскивали баранов и даже нападали на людей.

Первые сообщения о чудовищах относятся к 1974-1975 годам. С каркидонами либо со следами их присутствия сталкивались не только чабаны, но и геологи, шоферы, строители. Слухи о появлении кровожадных тварей распространялись с пугающей быстротой, их пик пришелсяся на осень 1978 года, после чего местные власти начали принимать меры.

Как раз в тот период обсуждался глобальный проект переброски в Среднюю Азию части стока сибирских рек. План был сродни ниязовским: сибирские воды помогут создать в Средней Азии сплошной оазис, где благодаря солнечному климату и широкому применению минеральных удобрений можно будет получать небывалые урожаи и тем самым окончательно решить продовольственную проблему! Неожиданное появление крокодилов-мутантов могло сильно подпортить радужную общую картину, воодушевить экологов, выступавших против вольюнтаристских планов КПСС. Говорят, судьбу каркидонов решали на закрытом заседании политбюро: мутантов ликвидировать как можно быстрее и подчистую. Ответственность за проведение секретной акции возложить на председателя КГБ.

Через какое-то время Юрий Андропов доложил Брежневу: ввиду обострившейся обстановки в Афганистане на весну 1979 года запланированы крупномасштабные учения в Туркестанском военном округе. Акцию против тварей удобнее провести именно под прикрытием этих учений, что исключит всякую утечку информации.

В середине марта 1979 года в ТуркВО начались небывалые по масштабам учебные сборы, на которые были призваны из запаса десятки тысяч военнообязанных. Завершились сборы в середине апреля двусторонними учениями с интенсивной боевой стрельбой. Слухи о каркидонах после этих учений прекратились. Тварей более не видел никто. В прессу не просочилось ни строчки.

Верить или не верить истории с каркидонами, пусть каждый решает по-своему. Возможно, некоторые воспримут ее как шутку, однако не стоит забывать, что в каждой шутке есть доля правды. Мне же, вслед за учеными, остается констатировать: природа наделила обитателей среднеазиатских пустынь генетическим механизмом, который позволяет им приспосабливаться и выживать в сложных условиях. Когда в Сарыкамышскую котловину пришла вода, насыщенная токсинами, этот механизм включился. Одни виды изменились меньше, другие — больше. Вполне вероятно, в семействе серых варанов мог произойти всплеск мутаций, в результате которой и появились каркидоны.

Сегодня Сарыкамыш вновь пересыхает, на нем появились многочисленные острова. Если же озеро высохнет окончательно — неважно, вследствие испарения или из-за переброски вод, — то обнажится его дно, представляющее собой значительный слой токсичных отложений. Ветер и птицы разнесут ядовитые частички по огромной площади. Последствия этого процесса непредсказуемы, говорят экологи. Но тем чиновникам, кто в эти дни празднует ввод в эксплуатацию первой очереди объекта «Алтын асыр», и дела нет до Сарыкамыша. Более того, как сказал начальник управления эксплуатации Министерства водного хозяйства Туркменистана Гуванч Ханмедов, «северная система коллекторов будет отводить дренажные воды с земель Дашогузского велаята и частично осуществлять отток по Озерному и Дарьялыкскому коллекторам дренажных вод, поступающих с орошаемых земель страны-соседа (Узбекистана — прим. автора), которые ранее сбрасывались в озеро Сарыкамыш». Бывший некогда озером, позднее — отстойником для загрязненных химикатами вод, без притока влаги Сарыкамыш станет еще более опасным источником заражения окружающей среды, и кто знает, не появятся ли вновь в его окрестностях мутанты-каркидоны?..

Власти ликуют…

Как только на состоявшемся 3 июля заседании Кабинета министров Туркменистана вице-премьер Мурадгельды Акмаммедов доложил президенту о завершении строительства первой очереди каракумского озера, пресса Туркменистана просто взорвалась хвалебными реляциями в адрес «проекта века» и, разумеется, его творца, которым в эпоху нового Возрождения является ни кто иной, как Курбанкули Бердымухаммедов. СМИ в один голос расхваливали проект, обещая, как изменится наша жизнь благодаря «рукотворному чуду»: «Вместе с сохранностью водных богатств обеспечение сбора засоленных вод в Туркменское озеро будет способствовать превращению глубинных песков и региона в цветущий сад», — обещает гражданам начальник санитарно-гигиенического отдела Государственной санитарно-эпидемиологической службы Туркменистана Нуры Машадов.

И.о. директора Национального института пустынь, растительного и животного мира Министерства охраны природы Туркменистана, кандидат сельскохозяйственных наук Палтамед Эсенов подробно остановился на огромном значении нового водного объекта для животного мира Туркменистана: «Эти места станут местом притяжения постоянных обитателей водно-болотных угодий — уток, гусей, лысух, бакланов, куликов и др. Здесь появится множество новых мест для гнездовий и зимовок. В частности, это позволит увеличить ареал и численность такого ценного вида птиц, как фазан… Обводнение центральной части Каракумов позитивно повлияет на состояние популяций редких копытных животных — устюртского горного барана, кулана, джейрана. Возрастет численность представителей фауны, которые селятся по берегам водоемов и ведут полуводный образ жизни, таких, как выдра, нутрия, ондатра».

Некоторым авторам уже мерещится: «покрываются растительностью берега и ближайшие территории, потянулись к воде стада овец, диких животных. Над барханами на всем протяжении Дашогузского ввода и Главного туркменского коллектора сегодня парят чайки, гнездятся водоплавающие птицы. Видели строители здесь гусей, лебедей, которым пришлись по душе новые рукотворные реки. Вслед за ''большой водой'' пришла и рыба. Сегодня в Центральных Каракумах на берегах коллекторов можно увидеть немало рыбаков…» — картина, больше похожая на мираж. Но ведь создание миражей — это и есть один из инструментов идеологии «нового Возрождения»!

Специалисты сомневаются…

С большим трудом удалось-таки отделить зерна от плевел и найти, наконец, упоминание о том, каким же образом будут очищены эти загрязненные химикатами дренажные воды. Ведь пока речь шла только о наполнении бывшего Карашора и не о каких-либо очистных сооружениях упомянуто не было. Ситуацию прояснил Палтамед Эсенов: «Вода, аккумулируемая в Туркменском озере, в перспективе станет источником для вторичного использования после специальной очистки и опреснения. В настоящее время рассматривается ряд перспективных методов очистки коллекторно-дренажных и сточных вод, в частности, биологических. Среди них наибольший интерес представляет использование особых свойств высших водных растений, которые способны поглощать из воды органические вещества, нефтепродукты, задерживать взвеси, пестициды и т.д. Такие естественные фильтры, получившие название ''биоплато'', все чаще применяются на практике — в прудах и каналах. Сегодня по всей длине водоотводящих трактов устраиваются путевые ''биоплато'', а при включении в них концевых сбросов — устьевые. Биологические методы защиты хорошо себя зарекомендовали, что уже подтвердилось на примере эксплуатации ''биоплато'' в Главном коллекторе системы Туркменского озера».

Ну, вот, теперь все понятно! А то недавно довелось мне прочитать в американском журнале «Science» интересную статью Ричарда Стоуна «Новое Великое озеро или Мертвое море?», в которой также говорится о том, что туркменские ученые разработали способ фильтрации сточных вод с помощью особых растений, способных абсорбировать соли тяжелых металлов, а также различные органические соединения, и что воду после такой очистки даже можно будет пить. Об этом поведал автору статьи сотрудник Национального института пустынь, растительного и животного мира Туркменистана Вячеслав Жарков и добавил, что соль будет исчезать во время прохождения воды по руслам коллекторов.

«Куда же денется соль?» — спросил один западный специалист своих туркменских коллег. Они ответили, что вода будет «самоочищаться», однако никто толком не мог объяснить, как же это будет происходить, пишет Р. Стоун.

Вот так у нас всегда!

Координатор туркменского проекта Всемирного Фонда Дикой Природы (WWF) Тимур Беркелиев и его коллеги скептически относятся к планам по очистке сточных вод, засоренных пестицидами и другими удобрениями, и считают, что озеро превратится в «искусственное Мертвое море».

«Надеяться получить выгоду из этого проекта — все равно, что пытаться накрасить губы свинье, — замечает Майкл Гранц, директор одного из американских национальных центров исследования атмосферы. — Несмотря на самые благие намерения, это плохая идея».

Многие эксперты, говорится в статье, уверены, что сточных вод для наполнения озера будет недостаточно, так как они будут испаряться или впитываться в песок, поскольку траншеи ничем не облицованы. Разумеется, говорят они, озеро «Золотой век» будет построено, но для окружающей среды это будет просто катастрофа.

Окончание следует

Специально для «Гундогара»

Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью