Prove They Are Alive!
TurkmenWiki
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
26.10.2020  
Экономика и бизнес

01.05.2020
Фальсификации и пустая трата денег

Ахал-Теке

День туркменского скакуна дал властям возможность потешить себя двумя своими любимыми занятиями — пустой тратой денег и, возможно, фальсификацией показателей.

В эти выходные нормальная жизнь на мгновение замерла на фоне проведения Туркменистаном праздника, посвященного ахалтекинским скакунам. Эта порода, описанная в энциклопедии как «отличающаяся от других, жилистая лошадь с длинной и тонкой шеей, посаженой почти вертикально по отношению к телу», является предметом огромной гордости и играет большую роль в усилиях по укреплению национального самосознания.

Но любовь к лошадям влетает в копеечку. Как сообщил на этой неделе президент Гурбангулы Бердымухамедов, на «улучшение социально-бытовых условий жизни наших коневодов» было выделено 680 миллионов долларов. Это по 120 долларов с каждого жителя страны, где средняя месячная зарплата, по сообщениям, колеблется в пределах 400 долларов.

Празднование Дня туркменского скакуна 26 апреля включало уже хорошо знакомый набор мероприятий на территории конноспортивного комплекса под Ашхабадом.

Победителям каждой из семи забегов были выплачены денежные призы на общую сумму 150 тысяч долларов. Четверо из победивших скакунов — из президентского конного комплекса «Ахал-теке». В принципе, все победившие кони находятся в собственности тех или иных правительственных структур, включая Копетдага, принадлежащего Минсельхозу, Гуджурлы — Генеральной прокуратуре, и Дорбургута — нефтегазовому комплексу. Остается только догадываться, в какую сумму все это обошлось государственной казне.

Также весьма примечательны заявленные достижения скакунов. Копетдаг осилил дистанцию в девять фурлонгов (1810,5 метров) за минуту и 44,2 секунды — т.е. чуточку быстрее нынешнего рекорда Северной Америки (кстати, лошадь, поставившая его, сменила на пьедестале легендарного Секретариата, рекорд которого до этого не могли побить целых 15 лет).

В общем, этот праздник дал туркменским властям возможность потешить себя двумя своими любимыми занятиями — пустой тратой денег и, возможно, фальсификацией показателей.

Организация праздника требовала скопления сотен — или даже тысяч — людей, которым пришлось находиться очень близко друг к другу, что противоречило указаниям экспертов в сфере здравоохранения о социальном дистанцировании на фоне продолжающейся пандемии COVID-19. Но правительство может заявить, что в этом не было ничего страшного — ведь официально в Туркменистане не зафиксировано ни одного случая коронавируса.

Министр иностранных дел Рашид Мередов заявил должностным лицам ООН 22 апреля, что «если бы был хоть один подтвержденный случай коронавируса, мы бы немедленно сообщили об этом… Всемирной организации здравоохранения в соответствии с нашими обязательствами». Директор Европейского регионального бюро ВОЗ днем позже объявил, что в Туркменистан будет направлена техническая группа миссии ВОЗ по борьбе с коронавирусом, хотя пустят ли их куда-нибудь, пока неизвестно.

Но о коронавирусе хотя бы начали говорить на высоком уровне.

Согласно опубликованному Министерством иностранных дел документу, Бердымухамедов 22 апреля обсудил пандемию по телефону с Генеральным секретарем ООН Антонио Гутерришем. По сообщениям, Бердымухамедов также сказал, что коронавирус — это «новый, чрезвычайно серьезный вызов, охвативший огромные географические пространства по всей планете и меняющий привычную жизнь многих государств и народов».

Даже в Туркменистане, где официально коронавируса нет, принимаются определенные — хотя и, как правило, произвольные — меры. Некоторые из них схожи с теми, что предпринимаются в других странах: временно запрещен въезд и выезд из страны, проводится показательная дезинфекция общественных мест. По сообщениям, полиция в Ашхабаде в последние дни периодически следила за соблюдением социального дистанцирования, крича из громкоговорителей на притормаживающих водителей, не пуская детей в школу и приказывая прохожим не разговаривать слишком близко к окнам. Кроме того, закрыли парки, а в Лебапском велаяте (области), по сообщениям, пошли еще дальше: местные чиновники запретили ловить рыбу в Амударье или даже пользоваться водой из прилегающих к реке водоемов.

В государственных СМИ разговор Бердымухамедова с Гутерришем преподносился как обычный обмен мнениями между двумя равными игроками на мировой арене, но трудно было избавиться от впечатления, что ООН напугана непринужденной позицией Туркменистана. Разговор состоялся перед встречей Мередова со всеми представителями ооновских организаций в Ашхабаде 27 апреля. Согласно заявлению МИД по этому поводу, «представители ООН… дали высокую оценку действиям Правительства Туркменистана, а также открытость страны и ее приверженность созданию международных механизмов в области здравоохранения, продовольственной безопасности и транспорта».

Подтасовка Ашхабадом своих финансовых показателей будет иметь последствия на фоне ширящегося кризиса. Как отметил Брюс Паннье из Радио «Свобода»/Радио «Свободная Европа», на протяжении десятилетий освещающий события в Центральной Азии, из-за заявлений властей о средних показателях по заработной плате и поддержании курса маната на завышенном уровне Всемирный банк классифицирует Туркменистан как государство со средним уровнем дохода. В результате страна не подпадает под программу Евросоюза по предоставлению уязвимым странам денежных средств для борьбы с последствиями пандемии.

Радио «Азатлык», туркменская служба «Свобода»/Радио «Свободная Европа», сообщило 27 апреля, что из-за нехватки муки в Лебапском велаяте жители вынуждены молоть кукурузу. «В большинстве государственных магазинов уже несколько недель невозможно найти дешёвый хлеб и муку», — сообщил корреспондент «Азатлыка» 24 апреля. Заработная плата в некоторых районах настолько низкая, что купить на эти деньги жизненно важные продукты люди могут только в государственных магазинах. По сообщениям, на рынках Ашхабада появились импортные фрукты и другие продукты, но по значительно возросшим ценам.

Судя по поступающей из Туркменистана отрывочной информации, в стране сложилась тяжелая макроэкономическая ситуация. Согласно данным китайской таможни за январь-февраль 2020 года, импорт из Туркменистана сократился на 17 процентов по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. В марте падение составило уже 20,6 процента. Это, бесспорно, объясняется сжатием спроса на наиболее ценный экспортный товар Туркменистана — природный газ. Туркменский экспорт на 90 процентов состоит из углеводородов, что является тревожным показателем в эпоху низких цен на энергоносители.

Но правительство хотя бы ведет постоянный диалог по экономическим вопросам с международными партнерами. Чиновники МИДа и Центрального банка 23 апреля присоединились к встрече, организованной Международным валютным фондом в режиме видеоконференции, в которой также приняли участие представители других государств Центральной Азии и Кавказа. Государственные СМИ сообщили 23 апреля о телефонном разговоре между представителями Государственного банка внешнеэкономических деятельности, более известного как «Туркменвнешэкономбанк», и немецкого «Коммерцбанка». Днем ранее представители «Туркменвнешэкономбанка» провели схожую беседу с Японским банком международного сотрудничества, который, совместно с государственным экспортно-кредитным агентством Японии NEXI, осуществил значительные инвестиции в Туркменистан в последние годы.

Кстати, по сообщениям, ряд сотрудников «Туркменвнешэкономбанка» находятся под следствием по подозрению в обходе ограничений на снятие наличных за границей. Из-за огромной разницы между черным и официальным обменными курсами можно получить хорошую прибыль, снимая за границей твердую валюту с туркменских счетов, деноминированных в манатах.

Ахал-Теке — еженедельная колонка на сайте Eurasianet.org, в которой собраны новости и аналитические материалы из Туркменистана.

EurasiaNet

Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью