Prove They Are Alive!
TurkmenWiki
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
18.10.2018  
Права человека

16.07.2018
Когда за дело берутся женщины...

Нургозель Байрамова

Туркменская делегация в Женеве не продемонстрировала преимуществ гендерного равенства

Члены Комитета ООН по ликвидации дискриминации в отношении женщин были единодушны: гарантии защиты женщин и девочек от насилия требуют принятия отдельного закона. Туркменистан почему-то медлит.

10 июля 2018 года в европейском отделении ООН в Женеве в ходе 70-й сессии Комитета по ликвидации дискриминации в отношении женщин состоялось рассмотрение пятого периодического доклада, представленного Туркменистаном, о выполнении Конвенции ООН о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин.

Доклад был представлен в Комитет в ноябре 2016 года. В феврале 2018 года к нему были добавлены ответы на вопросы членов Комитета, возникшие по прочтении доклада.

Также Комитету были представлены два альтернативных доклада о ситуации с соблюдением в Туркменистане прав женщин и девочек, поступившие от международной правозащитной организации «Amnesty Internatiuonal» и зарегистрированной в Чехии организации «Права и свободы граждан Туркменистана».

В состав делегации Туркменистана входили: посол, постоянный представитель Туркменистана при Отделении ООН в Женеве Атагельды Халджанов; заместитель директора Туркменского национального института демократии и прав человека при Президенте Туркменистана Батыр Оразов; представитель Меджлиса Байли Сейилов; главный специалист отдела социальной защиты Министерства труда и социальной защиты населения Сельви Сысоева и главный специалист Союза женщин Туркменистана Бахар Сердарова.

Возглавлял делегацию заместитель министра образования Мердан Говшудов. В своем вступительном слове он особо отметил принятие в январе 2015 года Национального план действий по обеспечению гендерного равенства в Туркменистане на 2015-2020 годы, одной из задач которого, по его словам, является «изменение и искоренение стереотипов, приводящих к дискриминации женщин».

В ходе рассмотрения доклада членам делегации были заданы многочисленные вопросы, касающиеся, в частности, промедления с принятием закона Туркменистана о предотвращении домашнего насилия. Об этом говорили члены Комитета Бандана Рана (Непал), Айсе Фереде Аджар (Турция) и председатель Комитета Далия Лейнарте (Литва). При этом, подчеркивала г-жа Рана, ее поразило большое количество принятых в Туркменистане новых законов, в то времчя как закон о противодействии домашнему насилию все еще находится в стадии подготовки проведения предварительных социологических обследований. В свою очередь г-жа Аджар заявила, что, по ее мнению, вопрос о принятии данного закона в Туркменистане «не рассматривается как срочный» и даже демонстрирует нежелание властей его решать.

Как отмечается в самом докладе, «в Туркменистане нет принятого специального закона о насилии в отношении женщин, хотя после Заключительных замечаний Комитета от 2012 года и детальных рекомендаций, идет постоянный диалог относительно того, что есть ли необходимость в принятии подобного законодательства». Туркменская сторона признает, что «данный предмет диалога не является отныне закрытой темой, как это было ранее, что в контекста Туркменистана является значимым достижением, принимая во внимание, что гендерное насилие, и в особенности домашнее насилие, рассматривалось как тема частной жизни семьи». Однако членов Комитета подобное признание не удовлетворило. И ссылка на закон Туркменистана «О государственных гарантиях обеспечения равных прав и равных возможностей женщин и мужчин» (принят в августе 2015 года), который гарантирует обеспечение равных прав женщин и мужчин на защиту от посягательств сексуального характера, их похищения и торговли ими, а также на наличие в Уголовном кодексе Туркменистана статей, предусматривающих ответственность за эти преступления, члены Комитета ООН по ликвидации дискриминации в отношении женщин были единодушны: гарантии защиты женщин и девочек от насилия требуют принятия отдельного закона.

Председатель Комитета г-жа Лейнарте задала вопрос о том, как идет выполнение Национального план действий по обеспечению гендерного равенства на 2015-2020 годы, что представляют собой и как называются государственные органы, курирующие его выполнение, и как осуществляется финансирование работ по его выполнению. Вопрос застал врасплох представителя Туркменского национального института демократии и прав человека. Положение спасла Сельви Сысоева, которая грамотно, без бумажки и на хорошем русском языке рассказала о существовании при упомянутом Институте демократии Межведомственной комиссии по выполнению обязательств в области прав гуманитарного плана, в которую входят представители ряда министерств на уровне заместителей министров, в том числе, правоохранительных и военных. При Межведомственной комиссии действует Рабочая группа, которая и координирует осуществление всех национальных программ, включая Национальный план действий по обеспечению гендерного равенства. Однако когда конкретно будет принят закон о противодействии домашнему насилию в отношении женщин, не смогла сказать даже г-жа Сысоева, ограничившаяся сообщением, что в настоящее время ведется работа по выборке и определению масштабов обследования.

Также некоторое замешательство вызвал вопрос об аппарате омбудсмена и о финансировании его деятельности. Делегация приняла решение ответить на данные вопросы в письменной форме, что хотя и не приветствуется, но допускается и учитывается Комитетом, если письменные ответы предоставляются не позднее, чем в течение 48 часов. (Не мудрствуя лукаво, делегация представила в Комитет подробное изложение закона «Об Омбудсмене»).

Большое внимание членов Комитета было обращено на вопросы равенства женщин в государственном управлении, в работе парламента и даже в возможности участия в президентских выборах. Прозвучали замечания относительно отсутствия информации о специальной подготовке работников судебных органов, прокуратуры и органов правопорядка в части осведомленности о специфике соблюдения гендерного равенства и защиты интересов женщин, пострадавших от домашнего насилия и сексуальных домогательств на рабочем месте. Было выражено желание получить конкретную информацию относительно поступивших жалоб, наличия «горячих линий» и специальных центров для помощи пострадавшим.

Странным показалось членам Комитета положение, при котором, как утверждалось в докладе туркменской стороны, число жалоб на домашнее насилие сократилось, а число звонков на «горячую линию», наоборот, значительно увеличилось. Выход нашла главный специалист Союза женщин Туркменистана Бахар Сердарова. Она объяснила это тем, что не все звонки содержали жалобы, некоторые звонили, чтобы «получить какую-нибудь консультацию».

Кстати, г-жа Сердарова на собственном примере разъяснила членам Комитета ошибочность мнения о существовании в Туркменистане дресс-кодов и обязательном ношении национальной одежды. Каждая женщина в нашей стране носит удобную ей одежду, в то числе и европейскую, сказала она. «Вот мне, например, сегодня удобно прийти в своей национальной одежде, которой я горжусь. По другому случаю я, может быть, оделась бы по-другому. Здесь есть женщины-свидетели, которые прилетели с нами в одном самолете. Я была в другой одежде. А сегодня я хочу выглядеть именно так! Так наши женщины представляют свой характер», — сказала облаченная в туркменское платье с богатой вышивкой и с умело повязанным ярким платком на голове главный специалист Союза женщин, а сидевшая рядом Сельви Сысоева в «европейском» с улыбкой закивала головой.

Большое внимание было уделено вопросам охраны здоровья девочек и женщин, доступности к образованию, социальной защищенности, особенностям подхода к гендерному равенству в условиях сельской местности, доступности для жительниц отдаленных районов Туркменистана, наряду с образованием и здравоохранением, к водным, земельным и финансовым ресурсам, наличию равных возможностей для женщин заниматься бизнесом.

Представитель Алжира Луиза Чалал выразила озабоченность в связи с отсутствием в структурах ООН сведений о заболеваемости ВИЧ/СПИД, о количестве заболевших и инфицированных, а также о методах лечения и предупреждения этого заболевания.

Представитель Японии Йоко Гаяши обратила внимание на необходимость защиты со стороны государства интересов женщин, состоявших в полигамном браке, которые в случае его расторжения остаются без поддержки семьи бывшего мужа, а также об отсутствии данных о количестве девочек, бросающих школу до ее окончания по причине раннего брака, беременности или сексуальных домогательств.

Было подчеркнуто, что в вопросах борьбы с торговлей людьми, включая принуждение женщин к занятию проституцией, и принудительного неоплачиваемого труда на хлопковых полях Туркменистан не продемонстрировал позитивных результатов. В ответ на эти замечания посол Халджанов заявил, что в Туркменистане «никто не принуждается к бесплатному труду», а вопрос о проституции в стране «не стоит так остро».

Многие вопросы были для членов туркменской делегации неожиданными либо «неудобными». Так, г-жой Рана был задан вопрос относительно положения членов семей заключенных, признанных насильственно исчезнувшими, которым было отказано в получении приговоров суда, вследствие чего жены заключенных не смогли воспользоваться своим правом на их пересмотр. При этом, отметила она, государство, в соответствии с Конвенцией, обязано защитить адекватное право женщин на возмещение ущерба за нарушение их прав, и попросила членов делегации сообщить, как Туркменистан обеспечивает объективное и беспрестрастное расследование в связи с предполагаемыми фактами исчезновений и другими нарушениями прав человека, а также какую компенсацию получают женщины, чьи члены семей пропали.

Подобный неожиданный поворот вопроса о насильственных исчезновениях также обескуражил членов туркменской делегации. Но чтобы участники рассмотрения не сочли, что туркменская делегация данный вопрос, как и некоторые другие «неудобные» вопросы, игнорирует, посол Халджанов, к которому постепенно и заслуженно перешло лидерство (чему глава туркменской делегации замминистра образования Мердан Говшудов, казалось, был только рад), повторил то, о чем говорил в ходе рассмотрения Универсального периодического отчета Туркменистана (УПО) в Совете ООН по правам человека в мае нынешнего года: что туркменские представители проводят встречи и консультации с Рабочей группой ООН по насильственным исчезновениям.

Кстати, в соответствии с первоначальной заявкой Туркменистана, в состав делегации были включены представитель Министерства адалат (юстиции) Кумыш Курбанниязова, атташе МИД Туркменистана Сурай Сейильбаева, и представитель Национального институт демократии и прав человека Шемшат Атаджанова. Главой делегации был заявлен посол Атагельды Халджанов. Затем, видимо, в целях соблюдения гендерного равновесия, состав делегации был изменен, причем, к сожалению, не в лучшую сторону.

Также Халджанову достался вопрос о регистрации брака между гражданами Туркменистана и иностранными гражданами. В вопросе содержалась информация о необходимости получения некоторых справок, для чего просителю следовало лично прибыть в Туркменистан, и были отмечены случаи запрета на обратный выезд из страны. Халджанов заявил, что в такой поездке нет необходимости, и что следует лишь обратиться в дипломатическое представительтство Туркменистана в той стране, с гражданином которой заключается брак.

Обращает на себя внимание тот факт, что члены Комитета были хорошо осведомлены о том, что в последнее время бурно обсуждалось зарубежными СМИ, поэтому возникали вопросы и о запрете для женщин путешествовать в одиночку, без сопровождения мужей, отцов и других близких родственников, и о запрете на косметические средства, и о «многоженстве». Члены Комитета рассматривали эти случаи как проявление дискридитирующего характера некоторых устоявшихся традиций. В частности, представитель Турции г-жа Аджар однозначно призвала отказаться от некоторых традиций в пользу «позитивных ценностей».

Не все члены Комитета удовлетворились полученными ответами. В самом начале заседания председатель Далия Лейнарте предупредила, чтобы они были «короткими и пунктуальными». Поэтому традиционная для туркменских чиновников манера любое свое выступление начинать с перечисления многочисленных законодательных актов, оставляя для конкретики лишь несколько минут, заметно раздражала слушателей, а председателя неоднократно вынуждала прерывать выступавших. К тому же плохое знание русского языка некоторыми членами делегации явно затрудняло работу переводчиков-синхронистов и создавало проблему взаимного недопонимания, особенно когда на вопросы приходилось отвечать экспромтом, а не по заранее подготовленному тексту. Да и можно ли было понять, что имел в виду уважаемый представитель Меджлиса Байлы Сейилов, когда сказал, что «Туркменистан последовательно осуществляет реформы, которые осуществляются в Туркменистане»?!

Специально для «Гундогара»

Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью