Prove They Are Alive!
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
30.03.2017  
Права человека

18.03.2017
Судьба туркменских «ноябристов» прояснилась?

Виталий Волков

Борис Шихмурадов убит в тюрьме. Такой вывод сделали авторы расследования, посвященного судьбе осужденных по делу о покушении на Ниязова. Но это не ставит точку в деле «ноябристов».

Собственное расследование, проведенное правозащитной организацией «Туркменская инициатива по правам человека» (ТИПЧ) совместно с «Ассоциацией юристов Туркменистана», касающееся судьбы бывшего министра иностранных дел Туркмении Бориса Шихмурадова, не ставит точку в вопросе о том, жив он или нет.

Первый в списке

Как известно, туркменские власти уже в течение почти пятнадцати лет отказываются давать какие-либо сведения о том, где содержатся лица, осужденные на длительные сроки тюремного заключения по обвинению в организации государственного переворота и попытке покушения на тогдашнего главу государства Сапармурата Ниязова в ноябре 2002 года в Ашхабаде (в независимой Туркмении смертная казнь отменена. — Ред.). Первой в этом списке «ноябристов» обычно называется фамилия Бориса Шихмурадова, которого туркменский суд признал главным организатором так называемого покушения.

Но 12 марта 2017 года «Хроника Туркменистана» — информационный ресурс ТИПЧ — распространила информацию о том, что Шихмурадов и несколько других заключенных «ноябристов», погибли в тюрьме БЛ-Т/5 в период между апрелем 2003 и ноябрем 2005 года. Это учреждение во времена СССР было оборудовано для исполнения «расстрельных» приговоров и имело камеры смертников. БЛ-Т/5 в июне 2008 года, уже после прихода к власти Гурбангулы Бердымухамедова, была снесена до основания под формальным предлогом, что в стране снизился уровень преступности.

Подвалы были взорваны. Однако авторы исследования, опубликованного «Хроникой Туркменистана», исходят из того, что истинной причиной сноса здания тюрьмы было намерение избавиться от каких-либо следов убийства оппозиционеров, о судьбе которого Ашхабаду постоянно задавали вопрос зарубежные правозащитники, журналисты и дипломаты.

Достоверно известно…

В их числе и участники международной инициативы «Покажите их живыми!», организованной в 2013 году, составившей список лиц, пропавших без вести в туркменских тюрьмах, и добивающейся от властей Туркмении предоставить о них сведения. Один из организаторов этой инициативы, президент российского Института прав человека Юрий Джибладзе, в интервью DW говорит о том, что в этом списке на данный момент 88 человек.

«Не позднее сентября 2017 года, к Cовещанию по человеческому изменению ОБСЕ в Варшаве, мы намерены выпустить обновленную версию доклада об исчезнувших в Туркмении заключенных. Однако в списке мы выделяем в особую категорию — ''достоверно известно, что он погиб'' только имена тех, чьи тела были выданы родственникам», — рассказал собеседник DW.

Он подчеркнул, что еще с середины 2000-х годов ходили различные слухи о гибели Шихмурадова и нескольких других известных «ноябристов». «Курсировали списки, в которых фигурировали примерно 25 имен, в отношении которых утверждалось, что власти их уничтожили. Но мы должны увидеть либо тело, либо могилу, либо документальное подтверждение со стороны властей. А информация, представленная ''Хроникой Туркменистана'', для меня прозвучала не вполне убедительно. Коллеги проделали определенную работу по сопоставлению зачастую отрывочных сведений, но данных далеко не достаточно, и их вывод мне не представляется достаточно аргументированным», — считает Юрий Джибладзе.

Без свидетелей

Лидер туркменской республиканской партии в изгнании Нурмухаммед Ханамов, проживающий в Вене, согласен с тем, что информации, приведенной в исследовании, недостаточно для сделанного там вывода. «Точку в этом вопросе ставить рано. Речь идет лишь о косвенных соображениях, основанных на тех или иных рассказах. Конкретного свидетеля расстрела, который бы видел это, который бы принимал в этом участие, нет. Хотя если допустить, что Бориса расстреляли в тюрьме, то тех, кто это осуществил, возможно, самих уже нет в живых. Поэтому получить подтверждение, по сути, можно лишь от официальных лиц в Ашхабаде, а правду оттуда ждать не стоит», — полагает он, однако в появлении публикации видит новую возможность.

«Это первое заявление, опубликованное правозащитной организацией в СМИ о гибели Шихмурадова, и его наличие может послужить основанием для международных политических институтов и правозащитных организаций потребовать официального подтверждения смерти или доказательства обратного», — считает туркменский оппозиционер.

В свою очередь Юрий Джибладзе не видит оснований по-другому ставить перед властями Туркмении вопрос о судьбе Шихмурадова и других пропавших и исходит из того, что следует продолжить добиваться от них того, чтобы они раскрыли информацию обо всех пропавших в тюрьмах. По его словам, международное давление на эти власти нарастает, и, в частности, в августе 2016 года, во время визита Гурбангулы Бердымухамедова в Берлин немецкая сторона ему предъявила список пропавших без вести.

«Далее дважды за последние четыре месяца договорные органы ООН — комитет против пыток в конце 2016 года, комитет по правам человека неделю назад, рассматривали выполнение Ашхабадом обязательств по выполнению международных правозащитных конвенций и конкретно ставили вопрос по Шихмурадову. Причем комитет против пыток уже опубликовал свои заключительные замечания и рекомендации, и там четко сказано, что Ашхабаду не позже декабря 2017 года надлежит предоставить информацию по всем пропавшим. Жесткие меры комитет ООН применить не имеет возможности, но репутационный ущерб для Туркмении будет нарастать», — подчеркивает президент российского Института прав человека.

Судьба «ноябриста»

«Вопрос о судьбе ''ноябристов'' неоднократно звучал не только в ОБСЕ и в ООН, включая ее Генассамблею, но и в конгрессе США, и в бундестаге, чьи депутаты, насколько мне известно, делали соответствующий запрос», — напоминает Нурмухаммед Ханамов. При этом, по его мнению, фамилия Шихмурадова все-таки выделяется в печальном списке.

«Он одно время был одним из самых приближенных к Ниязову чиновников. Он на посту главы МИД Туркмении проделал очень заметную работу, обеспечил получение страной статуса нейтралитета, ездил в Афганистан, встречался даже с муллой Омаром, чтобы урегулировать сложнейшие проблемы, связанные с Афганистаном. Он неоднократно выступал на ГА ООН. До этого он уже был известен в дипломатических кругах России. И я могу подтвердить, что коллеги-дипломаты из разных стран его до сих пор помнят и спрашивают меня о его судьбе на различных форумах в Европе. Поэтому исчезновение такой фигуры трудно просто замолчать», — утверждает Ханамов, сам занимавший должность посла в Турции до ухода в оппозицию.

Запросы в Ашхабад о судьбе Шихмурадова поступали и от России, гражданином которой он являлся. «Но, насколько я знаю, туркменская сторона обычно отвечала, что эта тема обсуждению не подлежит — мол, речь идет о террористах, о которых мы сведений не предоставляем. А Москва не настаивала», — сообщил собеседник DW.

Источник :: Немецкая волна
Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью